Досье эрудита ДМИТРИЙ ФЁДОРОВИЧ

Со школьной скамьи нам известно изображение этой листовки: царский манифест от 17 октября 1905 года, дарующий народу гражданские свободы, а на нём — кровавый отпечаток пятерни и надпись: «К сему листу Свиты Его Величества генерал-майор Трепов руку приложил». Так редактор журнала «Пулемёт» Николай Шебуев откликнулся на знаменитый приказ санкт-петербургского генерал-губернатора: «Холостых залпов не давать! Патронов не жалеть!» Но вот неожиданный парадокс: после этого приказа уличных беспорядков, которых опасалось правительство, в столице не произошло, и войскам не пришлось сделать ни одного выстрела! За неуместный юмор Шебуева на год посадили в крепость, а пятидесятилетний генерал, своим суровым приказом предотвративший кровопролитие, меньше чем через год умер от «перерождения сердца»...
В конце 1904 года герой русско-турецкой войны, генерал Дмитрий Фёдорович Трепов (1855-1906) подал в отставку с
должности московского обер-полицеймесгера с тем, чтобы отправиться в действующую армию на войну с Японией. Но Кровавое воскресенье помешало его намерению: 11 января 1905 года царь назначил Трепо-ва на пост санкт-петербургского генерал-губернатора, наделив его чрезвычайными полномочиями. Решительные действия «бравого генерала со страшными глазами» стабилизировали взрывоопасную обстановку в столице и одновременно вызвали к нему всеобщую ненависть. Граф С. Витте, хотя и признавал Трепова честным, порядочным человеком, всецело преданным императору Николаю II. иронически именовал его «вице-императором Дмитрием Фёдоровичем». Думец князь С. Урусов считал Трепова «вахмистром по воспитанию и погромщиком по убеждениям». Что же касается революционной демократии, то она устами Ленина прямо провозглашала его «воплощением всей дикости, преступности и бессмысленности царизма».
И только в наши дни специалисты обратили внимание на некоторые особенности в административной деятельности Дмитрия Трепова, показывающие, что он отнюдь не был ту-
пым солдафоном. «В нём было как будто два человека, — писал современник, — при действительной готовности на самые крутые меры и на крайний консерватизм он вместе с тем в душе был, можно сказать, либерал и сочувствовал конституции». Это его и погубило. В июне 1906 года он по личной инициативе провёл переговоры с либералами о создании «министерства доверия» и о поддержке Государственной Думы, что привело к охлаждению отношений между ним и Николаем II. Утрата прежнего политического влияния совпала с активизацией террористов, покушавшихся на жизнь Дмитрия Фёдоровича. 18 марта 1902 года молодая учительница Е. Аллерт стреляла в него, но пистолет дал осечку. Через три дня покушение на его жизнь повторил В. Михалев-ский. 2 января 1905 года на Николаевском вокзале в Москве в Трепова стрелял ученик торговой школы А. Полторацкий, но неудачно: после первого выстрела, продырявившего пальто, покусителя схватили и остальные пули прошли мимо цели.
«Трепов как будто притягивает к себе террористов», — шутили современники, но самому Дмитрию Фёдоровичу было не
до шуток: он стал мнителен, его мучили бессонницы, одолевали галлюцинации. Роковым для «Его Могущества Трепова I» стало лето 1906 года. 2 июля в Новом Петергофе эсер Васильев застрелил по ошибке, приняв за Трепова, генерала А. Козлова,
известного военного историка, любимца Москвы, собравшего богатейшую коллекцию портретов и личных вещей А.В. Суворова. А через полтора месяца в том же Новом Петергофе террористы пытались взорвать генерала Стааля, также приняв его за Трепова. Эти события доконали Дмитрия Фёдоровича: он умер от разрыва сердца 2 сентября 1906 года. шего человека», — записал по этому поводу царь в своём дневнике...
Иван Прядильщиков